пятница, 2 июля 2010 г.

Повод для гордости (часть 3, основополагающая)

Как обычно это и бывает у Лекса - позновательно и по делу. Отдельно нас, недоучек, радует момент про раздачу пендалей за "два хуевых ненужных высших", да. Но в целом букв грустных много, боюсь что у нас уровень Гордости-Г (говна?) такой, что выжить уже не получится, увы.

 
 

Sent to you by AlexFedy via Google Reader:

 
 


Как говорилось в первой части, ценность человека бывает трёх видов. Первый из них (ценность-А) — фактическая ценность. Она характеризуется тем, что человек сделал для людей. Уже сделал. Второй вид ценности (ценность-Б) — потенциальная ценность. Это возможность человека что-то сделать в будущем. Его набор знаний и навыков, которые он, тем не менее, ещё не реализовал. Третий вид — наведённая ценность. Это та ценность, которую человек не проявил фактическими деяниями и не аккумулировал в знаниях и навыках, но ложью, манипуляциями, угрозами и наглостью создал в глазах окружающих. Если второе — потенциал, то третье — иллюзия потенциала. Это обычно не столько присвоение себе чужих заслуг (хотя и такое бывает), сколько создание себе эдакого ареала ценности. Например, по праву рождения: «я такая вся из себя девица-красавица, что любите меня просто за моё существование». Или по праву якобы образования: «у меня диплом Академии Тонкой Биоэнергетики есть, поняли?! я вам не быдло какое!».

В чём-то подстать видам ценности существуют и различные виды гордости. Соотносящиеся между собой примерно как вышеозначенные ценности и в ряде вещей их повторяющие.

Гордость-А человек испытывает за совершённое им, за отданное людям. За те реальные блага, — материальные, интеллектуальные, духовные, — которые он произвёл и отдал. Это гордость за ту реальную пользу, которую человек принёс окружающим и которая одна только и оправдывает столь приятное чувство. Его, впрочем, довольно быстро перестают испытывать, но об этом позже.

Гордость-А естественным образом была сформирована эволюцией у стайных животных. Она — поощрение индивида за его действия в интересах стаи. Примерно как чувство насыщения есть награда животным за заботу о себе. Человек, как стайное животное, унаследовал гордость-А, но ввиду взрывообразного развития интеллекта сильно гордость-А проапгрейдил, наделив её рядом дополнительных нюансов и оттенков. Животные, есть подозрение, чувство гордости осознают в некотором зачаточном состоянии (это можно, например, наблюдать у собак, когда они в явном виде демонстрируют хозяину радость, выполнив что-то для хозяина полезное). У человека всё хитрее: гордость-А из чисто инстинктивной реакции превратилась в основу культуры и идеологии.

Гордость-Б граничит с гордостью-А и вырабатывалась она похожими эволюционными процессами: стимулировала развитие индивида, принуждала не только делать здесь и сейчас, но и готовить себя к ещё большим свершениям в будущем — тренироваться. Это чувство заставляло наращивать потенциал, который животные, в отличие от людей, реализуют практически наверняка. Но вот люди по мере развития цивилизации обрели тенденцию превращать потенциал в нечто самоценное, не обязательное к реализации. Уже полвека, например, модно гордиться полученным, но никак не используемым образованием. Временами доходит даже до того, что использование образования во благо считается чем-то позорным. Такое впечатление, с точки зрения ряда граждан, получивший образование должен просто по этому факту ставиться на полное довольствие и делать вообще больше ничего не обязан. «Я с дипломом — пляшите вокруг меня». Прочитанная книга, изученный вопрос сам по себе уже преподносится как некоторая заслуга, которой сторонний наблюдатель не только обязан восторгаться, но, не исключено, чуть не оплачивать её должен.

Оно понятно, когда учёный со степенью считает себя адски крутым. Чуть менее понятно, когда со своей степенью он занимается заведомо бесполезной ерундой, которая как максимум удовлетворяет его любопытство и любопытство пары его коллег. Нет, в качестве хобби — пожалуйста, но ведь за это ещё и зарплату требуют. Однако тут можно закрыть глаза, стиснуть зубы и предположить, что эта бесполезная ерунда (типа подсчёта количества уменьшительных суффиксов в стихах Пушкина и их корреляции с запятыми в прозе Достоевского) когда-нибудь таки откроет человечеству путь к самым верхним вершинам и особенно сильно углубит широту его, человечества полёта. Гипотетически такое возможно, хотя и крайне маловероятно.

Однако человек со степенью, который вообще ничем не занимается, очевидно, никуда и никому путь не проложит. Что не мешает ему страшно гордиться собой и требовать за означенное образование себе преференций. Нередко можно услышать: «этот вон — сантехник, быдло, то ли дело я с двумя высшими — филолог и экономист». Оный филолог-экономист при этом не разрабатывает новую экономическую мега-теорию и даже не считает какие-нибудь суффиксы, а торгует магнитофонами, скажем.

Сходным образом проявляется и другая разновидность гордости-Б: «я когда-нибудь сделаю». Человек прочитал какие-то книги, вроде бы изучил какие-то вопросы (иногда, впрочем, даже не изучил и не прочитал, но мысленно пообещал себе это сделать), однако к непосредственной деятельности не приступил. Он вот-вот приступит. Он собирается приступить. Но требует себе бонусов уже прямо сейчас. Хотя бы в виде уважения и обожания. Вроде бы его нельзя уличить во лжи: чисто технически он может. Он действительно в курсе. Но гордится он несшитой шубой из шкуры неубитого медведя. У него эдакая «гордость впрок». Обоснованная, но потенциальная, а не реальная.

В отличие от носителей гордости-А, носители гордости-Б куда как более активно пропагандируют собственное величие. Гордость-А ведь предполагает не столько оценку от окружающих, сколько самооценку, причём, не в плане обсасывания мысли «как же я крут», а в плане чувства исполненного долга. Гордость-Б же, хоть и связана в том числе с высокой самооценкой (вот тут уже как раз вида «я — крут»), но без внешней подпитки очень быстро перерождается в неудовлетворённость. Как и каждую сомнительную вещь, её надо постоянно подтверждать извне. Поэтому носитель гордости-Б крайне озабочен поиском себе комплиментов. Он зачастую требует особого к себе отношения, пиетета, знаков внимания и так далее.

Если гордость-Б проявляет себя в эволюционно-созидательном ключе, то она довольно быстро перерождается в стремление к гордости-А. Гордость за нереализованные навыки сменяется муками нереализованных навыков, что сподвигает к скорейшей их реализации. Увы, обстановка сейчас всё больше располагает в первому ключу, а не ко второму — к провозглашению навыков самоценными и бесконечному самоупоению ими.

Собственно, со стороны действительно непонятно, с чего бы быть за что-то благодарным носителю гордости-Б. Слабые духом, конечно, впадают в некоторую очарованность кругозором (поскольку у них нет не то, что поводов для гордости-А, но и даже поводов для гордости-Б), но в большинстве своём гордецов-Б числят хвастунами и к стопам их не припадают. Что, конечно, первых очень злит и провоцирует на яростные баталии по теме «ты меня уважаешь?».

Гордость-А, напротив, почётна с полной очевидностью. Тут у человека действительно есть повод для гордости: он полезен обществу. И у общества есть повод эту полезность ценить. Гордость-А — двусторонняя. Обществу полезен индивид, а индивид ощущает свою полезность. Реальную полезность, что важно. Собственно, гордость-А, можно сказать, единственная реальная гордость. Заслуженная в социуме, а не где-то в глубине собственного воображения.

У человека имеется не только сама гордость, но и потребность к ней. Человек алчет гордости. Но когда другие факторы — лень, из которых главный, — не дают заполучить себе даже хотя бы гордость-Б, человек вымышляет себе гордость. Эта гордость-В — пустое бахвальство. Человек приписывает себе заслуги, которых у него реально нет, придумывает себе несуществующее образование и навыки, пытается поучать окружающих, не разбираясь в вопросе — что угодно, только бы создать в глазах окружающих иллюзию наличия у него реального повода для гордости. Самый малый отклик со стороны одураченных уже как глоток воды для страдающего от жажды, если не глоток воздуха задыхающемуся. Если удалось заполучить хотя бы пару поверивших мошеннику, человек подсаживается на гордость-В и даже не помышляет об ином. Ему не нужно ни образование, ни тем более какие-то там услуги обществу. Вешать лапшу на уши по теме собственного величия — вот что нужно. И вслушиваться в придыхания, с которым произносят его имя те двое несчастных.

Конечно, когда носитель гордости-В вырывается из созданного им же мирка двух его почитателей на широкие просторы, первым делом его ожидает мощный удар со стороны реальности. В реальности почти никто не ведётся на его очковтирательство. Ну или ведутся — эпизодически, однако быстро понимают, что к чему, и как и все остальные посылают гордеца-В в соответствующее обстоятельствам место. Многих такое отрезвляет и они, оправившись от ударов, что-то в себе меняют или хотя бы пытаются изменить. Другие ищут более изощрённые способы вранья, либо же сортировки потенциальных лохов — достаточно легковерных для чуть более продвинутых методов обмана. Бывает, удар оказывается настолько силён, что человек обретает ту или иную степень помешательства и пополняет собой ряды искателей НЛО, изобретателей вечных двигателей или целителей кармы.

Наиболее чудовищная форма гордости, тем не менее, это — гордость-Г. В жизни ведь почти всегда присутствует хотя бы некоторая доля справедливости, что приводит к вознаграждению ценных членов общества. Это вознаграждение является следствием их вклада в общественное благосостояние, который, в свою очередь, является причиной гордости-А. Однако зачастую вклад не виден, а видно только непосредственно вознаграждение. Это вознаграждение принимается за источник гордости-А, хотя она-то как раз проистекала из предшествующего процесса — вклада. Человек выстраивает для себя закономерность: «было вознаграждение — вознаграждённый крут». И эта закономерность побуждает его гордиться потреблённым.

Человек извращает самую суть гордости: она — за отданное другим. Даже не просто искажает, он инвертирует суть. Повод для гордости видится ему во взятом, а не в отданном, хотя это противоречит всем законам сохранения: ты ж и так взял, куда тебе ещё одна добавка — гордость? В случае гордости-А ещё понятно: ты отдавал, а гордость была тебе компенсацией, — но ты ж брал? В современном обществе этому, самому чудовищному виду гордости несть числа. Люди уже практически не хвастаются сотворённым или на худой конец для себя познанным. Вместо этого со всех сторон: у меня такой вот автомобиль, у меня такой вот телефон, а я себе шубу купила, а вот мне путёвку подарили, я сто рублей на дороге нашёл, вот я молодец-то! Что печально, в этом уже никто не видит противоречия. Уже ладно, что стёрлась грань между гордостью-А и гордостью-Б, уже фиг с ним, гордость-В многим кажется предпочтительней, но самое опасное: гордость-Г в глазах граждан достойнее гордости-А. Производящий и созидающий — лох (разве что он производит перформансы — вот это да, дело). Раздающий созданное — не только лох, но ещё и дебил наверно. Зачем раздавать, когда надо хапать? Гляди, я вот какую мега-хреновину себе урвал!

Ничтоже сумнявшись один хвастается другому полученным от общества и тот смотрит на первого с уважением: эвон какой крутой! Но увиденный акт бескорыстия или даже просто созидания порождает лишь недоумённый взгляд: а зачем тебе? Даже некоторая жалость в этом взгляде просвечивает. Дескать, что ты с этой фигнёй всё носишься, смотри, вон, Васька на целую виллу себе уже наворовал. А Васька и сам собой доволен. Горд собой Васька. Вон он дом — моя заслуга. А твоя где? Если ты такой умный, то где твои деньги?

Что интересно, даже если денег у «такого умного» достаточно много, всё равно неявно подразумевается, что если бы тот «завязал со всей этой ерундой», то денег стало бы ещё больше. И, соответственно, поводов для гордости тоже изрядно бы прибавилось. Одно ж дело с тридцатью тысячами на кармане, а совсем другое — с шестидесятью. Почти каждому понятно, кто сильнее гордиться должен.

Но, по счастью, эволюция хитра до безобразия. Носители гордости-Г если и не будут выкинуты как паразиты, то изведут себя сами. Стаи, собранные из таких особей, почти нежизнеспособны. Каждый ведь хочет взять, но ни один не хочет отдать. Рано или поздно всё этого приведёт к распаду стаи и гибели оказавшихся в одиночестве индивидов. Гордость-А ведь не с потолка упала, нет, она сплачивает, подпитывает «стаю». Самую главную стаю — общество. Количество паразитов в обществе не может равняться полному количеству участников: не на ком паразитировать будет. И даже двум третям не может равняться.

Самый-самый смысл механизма гордости — в жизни для общества. На его благо. Пусть не вся жизнь индивида сводится строго к принесению пользы обществу, но значительная часть должна быть посвящена именно этому. Именно это — залог успеха как общества, так и жизни каждой его составляющей, вплоть до индивидов. Гордость-А отражена практически во всех религиях. Она — основа любой конструктивной (и потому постоянной) идеологии. Она же — основа коммунизма.

И при этом, она — лишь переходной этап. Сделанное для других, сотворённое лишь на ранних стадиях приводит к всплескам чувства гордости-А, через некоторое время эта стимуляция исчезает. Само сотворённое, желание делать и давать это другим со временем становится самоценным безо всякой гордости. Оно начинает восприниматься ровно так же, как просмотр фильма или прочтение книги, но только более сильно что ли. Уже всё реже встаёт вопрос: а зачем? А что они мне? Оно как-то всё само. Оно как-то очень естественно. И ненапряжно, в общем-то. Ты делаешь что-то другим и такое тебе в радость. Это раньше тяжело было, поэтому гордость-А тебя стимулировала, но теперь легко.

Есть мнение, коммунизм настанет в тот момент, когда у всех людей Земли всё будет ощущаться примерно так. Такое ощущение — не идеализация. Оно вполне реально. Можно спорить, когда именно оно настанет у всех, но у отдельных людей оно уже настало. Причём, тысячи лет назад уже настало. Рано или поздно именно эти люди, как особо полезные для своих «стай»-социумов чисто эволюционно вытеснят всех остальных. Которые, конечно, заботятся о себе и не лезут на амбразуру, но… Пчела, которая не жертвовала собой для защиты улья тоже ведь, казалось бы, имела больше шансов выжить и оставить потомство, чем те дуры, которые улей защищали. Видим ли мы сейчас массы пчёл-индивидуалистов? Они ли выжили в эволюционном процессе?

Да, в стаях волков и обезьян имеет место не только взаимовыручка, но и подавление одних другими. Но есть ли стаи без взаимовыручки? Без совместных действий? Где всем на всех наплевать? Или хотя бы половине? Где каждый «гордится» только тем, что лично он сожрал, образно говоря? Быть может, такие на короткий срок и появлялись, но все повымерли.

Людей, вот, после массового внедрения коллективизма уже за шесть миллиардов. И вымирают среди них, надо отметить, тоже далеко не те социумы, где индивидуализм не развит.

Возможно, увы, в результате эволюции вымрет именно наше общество. То самое, которое поддалось вброшенным «вирусам» индивидуализма. Которое радостно приняло для себя гордость-Г как основной ориентир. Такой сценарий весьма вероятен. Взгляните, наиболее активно проповедовавшие нам извне гордость-Г в своих-то обществах пропагандируют именно гордость-А. «Не спрашивай, что страна сделала для тебя, спрашивай, что ты сделал для страны» — это оттуда, из Штатов. Это не маргинальный коммунист сказал, а их президент Кеннеди, на которого до сих пор все равняются. «Плюй на всех и живи для себя» — экспортный вариант.

Конечно, в далёкой перспективе невозможно вбросить всем вокруг гордость-Г, но самим ей не заразиться. Всё-таки не только индивиды между собой взаимодействуют, но и социумы. И среди них в той самой далёкой перспективе внутренний паразитизм либо всех угробит, либо искоренится. Но лично я считаю, что нам неплохо бы войти в число тех, кто не будет отсеян на самом первом этапе.

 
 

Things you can do from here: